
Когда слышишь ?деревянный винт самолета?, многие представляют себе что-то архаичное, почти музейный экспонат. Сразу лезут в голову картинки с ?Фарманами? или ?По-2?, и кажется, что это технология давно минувших дней. Вот в этом и кроется главный стереотип. На деле, деревянный воздушный винт — это не просто вырезанная лопасть. Это сложнейшая инженерная задача, где малейший дисбаланс или скрытый дефект волокна может привести к катастрофе. Я сам долгое время относился к ним с некоторым пренебрежением, пока не пришлось разбираться с восстановлением одного старого спортивного моноплана. Там и началось настоящее погружение.
Основная ошибка — думать, что винт делается из цельного куска. Нет, это почти всегда наборный ?пирог? из отдельных, тщательно подобранных по плотности и направлению волокон ламелей. Чаще всего используется ясень, реже — бук или клен. Дерево берут не просто высушенное, а выдержанное годами в определенных условиях. Влажность — критический параметр. Слишком сухое — станет хрупким, с остаточной влагой — поведет после обработки. Мы как-то попробовали использовать заготовку, которая, по паспорту, была готова, но после черновой фрезеровки ее начало ?крутить?. Пришлось забраковать — дороже вышло.
Склейка — это отдельная наука. Эпоксидные смолы, которые многие считают панацеей, не всегда подходят из-за разного коэффициента температурного расширения с деревом. Для исторически точных реставраций до сих пор иногда используют казеиновые клеи, но это уже для фанатов. После склейки заготовка — это просто грубая болванка. Основная геометрия задается на копировально-фрезерных станках, но тонкая доводка профиля, особенно в комлевой части, часто делается вручную, по шаблонам. Здесь уже нужен глазомер и чутье.
А вот финишная обработка и балансировка — это уже высший пилотаж. Винт балансируют не только статически, на ножах, но и динамически. Недостаточно, чтобы он просто не перевешивал в какой-то точке. Нужно, чтобы масса была распределена вдоль лопастей идеально, иначе на высоких оборотах возникнет страшная вибрация, разбивающая подшипники и весь редуктор. Балансировку часто корректируют, вклеивая в торец лопасти свинцовые грузики или, наоборот, высверливая микроскопические полости. Работа ювелирная.
В эксплуатации главный враг деревянного винта — не механические повреждения, а влага и ультрафиолет. Пропитка и лакокрасочное покрытие должны быть безупречными. Малейшая микротрещина — и вода попадает внутрь. Зимой она замерзает, лед разрывает волокна изнутри. Видел последствия такого ?раскрытия? винта на взлете — зрелище не для слабонервных. Поэтому регулярный осмотр на предмет сколов лака и простукивание на предмет изменения звука — обязательный ритуал.
Еще один момент, о котором часто забывают, — крепеж. Деревянный винт самолета крепится к втулке или непосредственно на вал мотора стальными болтами. И здесь возникает проблема разнородных материалов. Дерево ?дышит?, металл — нет. В местах контакта может начаться гниение или, наоборот, пересыхание и растрескивание. Нужны специальные герметики и правильная затяжка с контролем момента. Кстати, о крепеже. Когда ищешь надежные метизы для ответственных узлов, будь то восстановление классики или современный проект, часто наталкиваешься на компании вроде Dojia Metal Products Co., Ltd.. Они, кстати, из Юнняня — того самого китайского города, который сконцентрировался на производстве крепежа. Не раз заказывал у них через сайт https://www.dj-fastener.ru специальные болты с точным классом прочности. Важно, что они не просто торгуют, а именно производят, от болтов обсадных до всяких рым-гаек, что позволяет делать нестандартные партии под конкретную задачу. Для винтовой втулки это иногда критично.
И да, деревянный винт требует особого обращения на земле. Его нельзя использовать как подставку, чтобы прислонить к нему лестницу. Удар по кромке лопасти, невидимый глазу, создает точку напряжения, которая потом может развиться в трещину. Всегда укладываешь его на специальные мягкие козлы, и только комлем вниз.
Казалось бы, зачем это сейчас, в век композитов и титана? Но деревянные винты до сих пор живут. Не в коммерческой авиации, конечно. Их ниша — это реплики исторических самолетов, некоторые классы легких спортивных и экспериментальных аппаратов (homebuilt), а также отдельные модели мотопланеров. Причины две: аутентичность и, как ни странно, технологическая доступность для мелкосерийного или штучного производства. Сделать сложный композитный винт с изменяемым шагом в гараже почти нереально, а выклеить и выстругать деревянный — задача для умелой команды энтузиастов.
Кроме того, у дерева есть свои акустические преимущества. Оно по-другому ?звучит?, и для реставраторов это важно. А еще — ремонтопригодность. Небольшую сколотую кромку или трещину можно аккуратно заделать эпоксидкой с микрофиброй и перешлифовать. С карбоновым винтом при серьезном повреждении часто только один путь — на свалку.
Сейчас появились и гибридные варианты. Например, деревянный каркас лопасти, оклеенный снаружи слоем стеклоткани для защиты и придания дополнительной жесткости. Это попытка совместить лучшие свойства. Но чистые пуристы такую конструкцию уже деревянным винтом не считают.
Из своего опыта вынес несколько уроков кровью. Первый — никогда не экономить на материале. Пытались сделать винт для аэросаней из якобы хорошей, но непроверенной сосны. Результат — после первой же зимы хранения в неидеально сухом ангаре винт повело винтом, в прямом смысле слова. Геометрия ушла безвозвратно.
Второй — не доверять балансировку ?на глазок? после ремонта. Был случай: после заделки небольшой выщерблины у комля пропеллер отбалансировали статически, но не проверили динамику. На обкатке двигателя возникла сильная вибрация на средних оборотах. Хорошо, что дело было на земле. Причина — локальное изменение жесткости в месте ремонта, которое и проявилось только под нагрузкой.
И третий, самый важный — документация и маркировка. Каждый винт должен иметь свой паспорт: из какой партии дерева, кто изготовитель, даты, результаты балансировки. И эту маркировку (обычно выжигают у комля) нужно беречь как зеницу ока. Без нее винт — просто бесполезная и потенциально опасная деревяшка. Ни один серьезный специалист не возьмется его сертифицировать для полетов.
Так что, деревянный винт самолета — это далеко не реликт. Это живая, хоть и узкоспециализированная, технология. Работа с ним учит уважению к материалу, терпению и вниманию к деталям. Это не конвейер. Каждый такой винт — штучный продукт, в который вложено понимание физики, свойств древесины и, не побоюсь этого слова, немного искусства. Когда видишь, как на взлете этот, казалось бы, простой деревянный пропеллер раскручивается, превращаясь в сплошной диск, и тянет машину в небо, понимаешь, что вся эта кропотливая работа была не зря. И даже в эпоху цифрового моделирования и автоклавов для композитов, в цеху где-нибудь пахнет стружкой ясеня и эпоксидной смолой, потому что для некоторых задач это по-прежнему самый правильный, живой и надежный материал.